Легенда о солнечном Алакюне — Белокуриха ФОТО

Легенда о солнечном Алакюне

Давным-давно, прямо на небе жил чудесный юноша красоты невиданной. Звали его Алакюн. Отцом ему Солнце приходилось, а родной матерью — сама Земля.

Вот как-то раз просит Алакюн отца:

— Отпусти меня на Землю: соскучился я по матери своей!

Солнце-Отец разрешил, конечно, но при этом так сказал:

— Вот тебе, Сын мой, меч огненный. Если встретишь ты зло на Земле, смело вступай с ним в бой: победа всегда на твоей стороне будет!

Отправился Алакюн мать проведать, на землю сошёл. Мать сыну обрадовалась, дорогое дитя добрыми руками обняла. Только видит Алакюн: тревожно лицо материнское. Спрашивает он:

— Мать моя, Земля добрая, Земля нежная, что тебя печалит?

— Сын мой! От того печаль моя, что коротка встреча наша. Сильно нужна людям, на мне живущим, помощь твоя. Иди, Сын мой, помоги им!

Пошел Алакюн по земным дорогам. Идет — улыбается, глаза солнечный свет излучают, при встрече с ним у всех людей добрых радость на сердце вспыхивает, а если нечестные встретятся, так сразу под взглядом этим солнечным жмурятся и отворачиваются.

Вот как-то пришел Алакюн в долину красивую. Речка по ней бежит хрустальная, а на берегах стоит аил. Алакюн взглядом своим солнечным озарил и долину, и аил, и людей в аиле. Люди и обрадовались:

— Кто ты, человек добрый?

— Я сын Земли и Солнца, а зовут меня Алакюн, — так отвечал юноша, и от улыбки его всем делалось радостно, тепло и весело.

Надо сказать, что жители этого аила забыли уже, когда в последний раз смеялись. Грустно они жили, горестно. Даже песен не пели: слишком страшный да лютый был у них хозяин — хан Гудзень. Пасли они его табуны лошадей богатые, овец отары несметные, и было богатств Гудзеня столько, что и за семь дней птицы облететь их не могли.

Однако хан был не только богат, но и злобен. Обливались добрые люди от его самоуправства горючими слезами.

Как услышал хан Гудзень, что рабы его песни запели, смеяться начали, призвал к себе 66 слуг и крикнул страшным голосом:

— Идите, слуги мои верные! Заткните глотки моим рабам, чтобы никогда больше не слышал я весёлых песен!

Выбежали слуги из дворца ханского, вскочили па коней и вихрем помчались в аил на реке горной.

— Эй, вы, за табунами ходящие! Что тут у вас за праздник?

Люди, раньше молчавшие, радости не знавшие, так им отвечают:

— Мы веселы, потому что чествуем Алакюна — сына Солнца, радость нам принесшего!

Как увидели слуги ханские юношу, глаза зажмурили и от страха закри¬чали:

— Эй, Алакюн! Ай, Алакюн! Если, Алакюн, ты и вправду сын Солнца, то обязан по закону гор при¬нести радость ты сначала во дворец над этой землёй старшего: хана Гудзеня!

Отвечал Алакюн слугам ханским:

— Я тому лишь друг, кто сам добр и к людям приветлив. А про хана вашего слава дурная по земле идет, так что, в гости к нему я не пойду.

— Эй, Алакюн! Ай, Алакюн! Смотри, Алакюн, — пригрозили прислужники, — хан накажет тебя за слова твои жестоко!

Засмеялся в ответ Алакюн, да и прогнал слуг ханских.

Слуги все хану рассказали. Раз¬гневался Гудзень, собрал войско большое — 666 воинов — и повел их в долину.

Как камни черные, покрыли злые воины землю. Перепугались люди, но успокоил их Алакюн:

— Чего боитесь? Справимся!

И вышел навстречу ханскому войску.

— Эй, Гудзень! Не спеши, Гудзень! Останови воинов, Гудзень! Всем людям на земле должен принадлежать свет солнечный, а не одному тебе, человеку злому.

Но не хочет слушать его хан злобный. Приказал он воинам своим наступать.

Тогда выхватил Алакюн из ножен меч свой огненный, взмахнул раз — ханские воины окаменели, на месте застыли, превратились в тёмные камни.

Взмахнул Алакюн мечом еще раз, и — понеслись, покатились камни с полян вниз, к речке, усеяв собою берега её.

Увидел всё это хан Гудзень, задрожал, перепугался. Не стал он дожидаться, когда Алакюн третий раз взмахнет мечом огненным, да и бросился наутек, надеясь спрятаться в тёмной-тёмной пещере соседней горы.

Но только засунул хан в пещеру голову, ударил Алакюн мечом в третий раз — и...

Та часть ханского тела, которая не в пещеру не влезла, превратилась в огромный круглый камень.

Засмеялись тут люди, свободе обрадовались, благодарить Алакюна начали. Просят:

— Останься, Алакюн богатырь, с ними навсегда!

И ответил им сын Земли и Солнца:

— Не могу я. Много людей добрых на земле ждут меня. Они ведь тоже нуждаются в помощи... Но вы, друзья, никогда теперь не будете без меня грустить. Вот вам семена волшебные, разбросайте их по всей долине, и весной вырастут на лугах цветы невиданные, красные, как солнце утреннее. Вот они и будут напоминать вам обо мне...

Так сказал Алакюн. Сказал и скрылся.

Но с тех пор вдоль речки Белокурихи, по всей долине, в мае-июне расцветают те удивительные цветы — огоньки, или, как их ещё зовут, жарки: полыхающие, как солнце.

Те самые, которые оставил Алакюн о себе на память.



И ещё вот что: вдоль нашей быстрой реки нет-нет, да и встретится темный, почти черный камень. Гуляя по белокуринской долине, присядьте на такой камень обязательно! Дело в том, что каждом таком камне воплощена злая душа ханского воина. Только те воины давным-давно и ошибки свои поняли, и свои и раскаялись. Именно вы им можете помочь: ведь чтобы освободиться от каменного плена и улететь на небо, должны они, бывшие когда-то злыми, у человека, на них присевшего, забрать все беды и все болезни. Только так заслужат чёрные солдаты, камнями ставшие, прощения.

Так что, отдайте им и болезни, и беды.
 
Ты посиди на камне том,
Порассуждай о том, о сем...
И хвори, что тебя гнетут,
В тот черный камень перейдут!